Джеймс Поттер и проклятие Привратника - Страница 147

147

Джеймс оглянулся на закрытую дверь кабинета. Он не понимал, что все это значит, но его не покидало ужасающее ощущение, что очень скоро все прояснится. Одна только мысль об этом пугала его больше всего на свете. Думая так, Джеймс сбежал вниз по ступеням и присоединился к друзьям.

***

Вечером в Общей гостиной Джеймс сел за угловой стол и достал чистый пергамент. Он обмакнул перо, задумался на мгновенье и начал писать.

Дорогой папа,

как дела дома? Надеюсь, бабуле нравится жить в моей комнате. Убедись, что она не заглянет под кровать, куда мы с Алом спрятали всех найденных догерпиллеров. Не уверен, что когда–нибудь мы полностью избавимся от них. Также передай, чтобы она не смотрела на верхнюю полку в чулане. Да, и вообще, всем будет лучше, если она будет держаться от него подальше.

Я слышал про нападения дементоров по всему Лондону. И еще слышал, что Министерство намерено сформировать новый отряд мракоборцев, чтобы положить этому конец. Долго объяснять, но такая работа может оказаться куда опаснее, чем кажется. Одно темное существо, которое зовут Привратником, пришло в наш мир вместе с Мерлином, и мы считаем, что оно использует дементоров, чтобы питаться страхами людей. Если захочешь узнать больше, поговори с кузиной Люси. По нашей просьбе она изучала материалы из волшебной библиотеки, поэтому может многое рассказать. Будь с ним осторожен, потому что он очень, очень могущественный – могущественнее любого обычного дементора – и ищет хозяина среди людей, который поможет ему закрепиться в нашем мире и все уничтожить.

Я тут вспомнил: пап, ты помнишь кольцо, полученное от Дамблдора? Может, не кольцо, а камень. Помнится, ты рассказывал о нем. Ты говорил, что тогда еще шел в Лес сражаться с В. Кое–кто здесь утверждает, что прочел об этом в книгах о тебе. Он говорит, камень называется Воскрешающим. В общем, хочу уточнить: что случилось с камнем? Мы с Роуз и Ральфом считаем, что он необходим для борьбы с Привратником. Обещаю никому не говорить. Кроме Роуз и Ральфа. И, может быть, Зейна, если он сможет помочь. И, возможно, Кэмерона Криви, раз уж это он вспомнил о нем. Больше никому? Ладно?

Спасибо, папа.

С любовью, Джеймс.

P.S. Вы с мамой уже нашли карту М., мантию–н. и мою куклу вуду?

Джеймс положил письмо в конверт и запечатал. Он уже хотел спрятать его в сумку, но остановился, задумавшись: а успеет ли он отправить его сегодня? Часы показывали девять. У него есть время сходить в совятню, да и спать он будет крепче, зная, что письмо, привязанное в лапке Нобби, уже на полпути к дому родителей. Роуз уже отправилась спать, Ральф ушел в гостиную Слизерина, поэтому Джеймс решил сходить один. Он положил письмо в карман и выбрался через портретный проем.

К тому времени, как он добрался до узкой лестницы, ведущей в совятню, уже взошла полная луна. Она озаряла совятню серебристым светом, которого было достаточно, чтобы разглядеть путь. Джеймс отыскал Нобби и погладил его.

– Вас здесь кормят? – спросил он.

Нобби щелкнул клювом и довольно распушил перья. Джеймс заметил, что по углам пол усеян косточками грызунов.

– Смотрю, ты неплохо тут устроился, – улыбнулся Джеймс. Похоже, филин был согласен. Он нырнул головой под ладонь Джеймса и начал чистить перья. Минуту спустя Джеймс достал из кармана письмо. Кусочком веревки он аккуратно прикрепил его к лапке Нобби.

– Это очень важно, – объяснил он филину. – Поспеши доставить его папе, понял? И подожди на тот случай, если он напишет ответ. Захвати его письмо, прежде чем лететь обратно.

Нобби опять щелкнул клювом и поерзал на жердочке – ему явно не терпелось отправиться в путь. Как только Джеймс закончил привязывать письмо, филин расправил крылья. Он замер на секунду, а потом оттолкнулся и полетел к огромному окну. Он описал круг, потревожив других сов, дернул хвостом, как штурвалом, и улетел.

Джеймс испытал облегчение. Он вышел тем же путем, но, добравшись до коридора внизу, замер. Когда он шел в совятню, залы были пусты, но теперь кто–то стоял в темном коридоре и смотрел в окно. Джеймс посчитал это странным, ведь поблизости не было ни одной факультетской гостиной. Очертания фигуры были хорошо видны на фоне полной луны. Джеймс мог сказать лишь, что фигура принадлежит девушке с длинными волосами. У него мелькнула странная, мимолетная надежда, что там стоит Петра, но он в это не верил. Джеймс двинулся дальше по коридору, девушка не шевельнулась, когда он подошел ближе. Он уже миновал ее, когда та, не оборачиваясь, заговорила.

– Поздновато для почты, – рассуждала она. – Наверное, что–то крайне важное, Джеймс.

Мальчик похолодел. Это была Табита Корсика.

– Тебе–то какое дело? – бросил он на ходу. На этом он надеялся закончить разговор, но прозвучавшие в ответ слова заставили его остановиться:

– Привратника не остановить, и ты это знаешь, – лениво протянула она, поглядывая на Джеймса через плечо. – Неважно, кому ты о нем расскажешь. Уже слишком поздно.

Джеймс был поражен. Мысли метались в голове, и он не знал, что сказать. Откуда Табите известно о Привратнике? Ни Джеймс, ни Роуз, ни Ральф никому о нем не рассказывали. Но, несмотря на удивление, он понял – ответ очевиден. Табита знала о Привратнике, потому что была одной из тех, кто намеревался контролировать его и призвать на землю. Другого объяснения не было.

Табита снова смотрела на луну. Для удобства она облокотилась на каменный подоконник.

– Ты веришь, будто постиг происходящее, верно? Ты убедил сам себя, будто понимаешь последствия Проклятия Привратника, – она слегка улыбнулась. – Вот, что мне нравится в вас, Поттеры. Вам кажется, что мир устроен просто. Но вы каким–то образом умудряетесь упустить ключевые детали и картину в целом. Никогда это не было так очевидно, как сейчас.

147