Джеймс Поттер и проклятие Привратника - Страница 68

Роуз слегка выдвинулась вперед.

– Мы, эм, хотели попросить разрешение на создание клуба.

– Какого рода клуба? – быстро спросил Мерлин.

– Эм... Ну, клуба практики, – запинаясь, пробормотала Роуз, – то есть, клуба для тренировок. Для тренировки использования заклинаний. Защитных заклинаний и тому подобного...

Ральф прервал ее.

– Не то чтобы нам не нравился профессор Дебеллоуз. Он и правда крут. Но нам нужно немного... попрактиковаться.

– Как я понимаю, крутой профессор оказался все же не настолько уж крутым? – заметил Мерлин, позволив себе крошечную усмешку.

– Ну, вроде того, – согласился Ральф, залившись краской. – Кендрик, он...

– Какого типа заклинания вы собираетесь изучать? И кто еще будет входить в клуб?

– Все, кто захочет, – ответил Джеймс. – Мы собираемся практиковаться в основных защитных заклинаниях. Примерно то же, что изучалось ранее на занятиях. Тренироваться будем на манекенах и предметах, но не друг на друге. Любые преподаватели, которые захотят проконтролировать процесс, могут присутствовать, хотя это будет... эээ... скучновато.

Тут Джеймс прервался, чувствуя, что наболтал слишком много. Он рассчитывал, что ни один преподаватель не захочет тратить свое свободное время, наблюдая, как кучка учеников бросаетcя заклинанием Экспеллиармус по манекенам, но Мерлин был достаточно умен, чтобы раскусить эту уловку. С него станется установить поочередные дежурства, и Дебеллоуз наверняка будет первым в списке.

Мерлин открыл было рот, собираясь ответить, но тут латунное устройство на его столе задвигалось. Все уставились на него. Оно представляло собой нечто вроде латунного полого глобуса из соединенных между собой колец с обозначенными на них широтой и долготой. Внутри, среди сложной системы шестеренок и храповиков двигалась серебряная стрелка. Она резко завращалась, при этом глобус слегка накренился. Секунду спустя указатель сдвинулся на несколько делений и затих. Мерлин внимательно посмотрел на него.

– Что за... – начал было Ральф, но Мерлин прервал его:

– Вы можете создать свой клуб, мои юные друзья. Пожалуйста, пришлите мне потом сообщение о помещении, в котором планируете проводить занятия, а также список участников. В конце концов, директор ведь должен быть в курсе таких вещей, верно? – тут Мерлин извлек официально выглядящий пергамент с печатью Хогвартса. – Этого должно хватить в качестве официального разрешения. Желаю вам успеха.

Ральф вопросительно глянул на Джеймса, глаза его слегка округлились, на губах блуждала облегченная улыбка.

– Но, директор... – заговорила Роуз.

– Если вы простите меня, – сказал Мерлин, поднимаясь, – вышло так, что у меня появились неотложные дела. Мне бы не хотелось задерживать вас, я полагаю, что вам нужно подготовиться. Пожалуйста, выйдите на лестницу и закройте дверь, спасибо.

– Спасибо, сэр, – произнес Ральф, подгоняя Джеймса и Роуз к выходу. – Вы не пожалеете об этом!

– Ральф! – зашипела Роуз.

Троица чуть не налетела друг на друга, столпившись в дверном проходе.

– Вы не пожалеете об этом? – уже в коридоре зашептала Роуз Ральфу, округлив глаза. – Нашел что сказать! Ты хочешь, чтобы он подозревал нас?

Ральф скривился.

– Я занервничал! Можешь подать на меня за это в суд! И вообще, пошли, надо отсюда убираться, пока он не передумал.

Джеймс дергал дверной замок, когда он внезапно остановился, его глаза расширились.

– Пергамент с разрешением! – воскликнул он, переводя взгляд с Ральфа на Роуз. – Кто–нибудь из вас его взял?

– Я не брал, – сказал Ральф. – Я думал, Роуз возьмет его. Она была ближе.

– Ты выпроводил нас оттуда еще до того, как я успела забрать его, ты – большой болван!

– Я возьму его, – произнес Джеймс, поворачиваясь назад. Дверь еще не была закрыта на замок. Он толкнул ее, приоткрывая и заглядывая внутрь.

– Директор? – позвал он. – Мы забыли пергамент с печатью. Можно мне только...

Джеймс нахмурился и толкнул дверь, открывая ее до конца. Место директора не было занято. Комната оказалась совершенно пустой, и в ней было как–то неестественно тихо. Возможно, Мерлин отправился куда–нибудь по сети летучего пороха. Латунный прибор на его столе, наверно, был будильником или напоминалкой, сообщавший ему о встрече и о том, что он должен поспешить. Джеймс пересек кабинет и схватил пергамент с письменного стола директора. Как только он повернулся к двери, его охватило непривычное чувство.

Внезапный озноб напомнил ему иглу боли, пронзившую его лоб, когда он ждал в коридоре, прямо перед тем, как увидел, что Мерлин смотрит на него через дверной проем. Сердце его заколотилось, Джеймс огляделся и понял, почему в комнате было так неестественно тихо. Задняя стена кабинета целиком, от пола до потолка, была завешана десятками портретов бывших директоров школы. Среди них, конечно, были портреты Северуса Снейпа и Альбуса Дамблдора, хотя, как обычно, портрет Дамблдора был пуст. Каждый портрет был совершенно неподвижен и молчалив.

Ральф и Роуз зашли в комнату вслед за Джеймсом. Роуз смотрела на портреты, она была поражена, а ее глаза широко раскрылись.

– Сейчас это выглядит просто жутко, – сказала она тихим голосом.

– Это единственное место на земле, где стена, увешанная неподвижными картинами, может быть плохим предзнаменованием, – сказал Ральф. – Но я полностью согласен с тобой, Роуз. Что здесь происходит? Где Мерлин?

Джеймс пересек комнату и встал перед портретом Северуса Снейпа. Он говорил с этим портретом несколько раз в прошлом семестре, и тот не раз оскорбил его. Он осторожно протянул руку и дотронулся до лица портрета. Он мог почувствовать текстуру засохшей краски, штрих, который формировал крючковатый нос мужчины. Казалось, лицо не могло замереть больше, чем на миг.